Волонтеры фон Рандова. Вольфганг Акунов.

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

1. КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ БЕЛОГО ДОБРОВОЛЬЧЕСКОГО КОРПУСА (ОТДЕЛЬНОГО ОТРЯДА ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ)/1/ ФОН РАНДОВА

В ночь с 4 на 5 января грозового 1919 г. капитан (гауптман) германской армии Альфред фон Рандов, прибывший во главе 85 добровольцев, набранных им в Германии для службы в рядах Пограничной Стражи («Гренцшуц»)/2/, явился доложить о своем прибытии в штаб Верховного Командования 8 армии (АОК 8.), расположенный в городке Шавли (нем.: Шаулен, литовск.: Шяуляй). Штабные офицеры уже, как говорится, сидели на чемоданах, готовясь к эвакуации в Либаву (нем.: Либау, латышск.: Лиепаю). Сложившаяся ситуация представлялась поистине катастрофической. Только что пала Рига, взятая советскими войсками, переименованными сразу же после захвата ими столицы Латвии из 7-й армии Р.С.Ф.С.Р. в «советскую латышскую армию». Весь Прибалтийский антибольшевицкий фронт, удерживаемый, главным образом, германскими оккупационными войсками, грозил рухнуть с минуты на минуту.

Распропагандированные красными агитаторами, засылаемыми как с Востока, из Москвы, так и с Запада, из Берлина, германские армейские части (совсем как русские солдаты летом и осенью кровавого 17-го года) бросали свои позиции и спешно уходили в тыл, чтобы оттуда «на перекладных» вернуться в Фатерланд (конечно, не «делить землю», но тоже ради достижения каких-то целей, казавшихся им более важными, чем верность воинскому долгу и присяге). Только остатки германской добровольческой «Железной бригады»/3/ (силой не более 450 штыков) и сформированная Балтийским Национальным Комитетом (БНК) добровольческая Охрана Прибалтийского Края (именовавшаяся по-немецки «Балтийский Ландесвер»/4/), состоявшая из российских подданных — главным образом, «остзейских немцев» и русских (уроженцев Прибалтики) — силой в 1200 штыков и сабель еще кое-как удерживали (а вернее сказать — обозначали собой) тонкую, как готовая ежесекундно оборваться ниточка, линию фронта.

Доложив по всей форме о своем прибытии, капитан фон Рандов узнал от подполковника (оберст-лейтенанта) Бюркера из штаба заново сформированного накануне Верховное Командование 8 армии (прежнее  АОК 8. было, в полном составе, снято приказом Верховного Командования Сухопутных сил /5/), что ему и его людям надлежит прикрывать отход еще ведущих боевые действия против красных остатков антибольшевицких частей и организовать охрану железнодорожных путей между Шавлями и восточнопрусским городом Тильзитом — конечным пунктом отступления германских войск. Конкретно же речь шла пока об обеспечении безопасности железнодорожного участка Лидовяны-Тауроген (нем.: Таурогген, польск.: Тауроги, литовск.: Таураге)/6/.

На следующий день капитан фон Рандов приказал сцепить стоявшие на путях «бесхозные» железнодорожные вагоны, прицепить их к составленным «гуськом» трем еще исправным паровозам и, после короткой, но жаркой дискуссии с заведующим складом, нагрузить состав провиантом. Приняв провиант, эшелон, подобно гигантской змее, оставив за собой Шавли, со скоростью улитки двинулся в юго-западном направлении, взяв курс на Ботоки. И правильно сделал, потому что уже 8 января 1919 г. Шавли были взяты частями Красной Армии. С величайшей осторожностью, опасаясь возможной засады, в полной боеготовности, поезд приблизился к Лидовянскому железнодорожному мосту. К счастью для эшелона, мост оказался не только не взорванным, но и нисколько не поврежденным. Миновав его, капитан фон Рандов приказал своим людям взорвать за собой пути. Во всех важных местах вдоль железнодорожной линии с поезда были высажены посты, чтобы обеспечить хотя бы минимальную охрану трассы. Вероятнее всего, волонтеры фон Рандова, высаженные из поезда с этой целью, сочли это боевое здание верным «пропуском в рай», хотя…кто его знает?

Если верить воспоминаниям 1-го адъютанта капитана фон Рандова, лейтенанта Г. Негенданка (опубликованным, правда, много лет спустя в журнале ветеранов белых добровольческих корпусов «Всадник, скачущий на Восток»), отряд фон Рандова, по прибытии в Ботоки не нашел там обещанного ему в качестве подкрепления эскадрона 16-го драгунского полка. Бравые драгуны, не дождавшись ожидаемого ими эшелона, предпочли «смотать удочки» — как, впрочем, и взбунтовавшийся 26-й ландверный пехотный полк, которому также было приказано обеспечивать охрану железнодорожной линии. Единственными живыми существами, найденными на станции Ботоки, были беспорядочно табунившиеся там брошенные лошади, числом около сотни.

В отличие от воспоминаний лейтенанта Негенданка, в соответствующих материалах потсдамского Центра исследования военной истории и истории сухопутных войск /7/, посвященных истории отступления германских оккупационных войск из Прибалтики, сказано, что изменили воинскому долгу и без приказа отступили со станции Ботоки части не 1-го драгунского и 26-го ландверного пехотного, а 17-го и 18-го драгунских полков и 23-й дивизии ландвера. Мы склонны более доверять информации потсдамского Центра, поскольку, как уже упоминалось выше, Негенданк писал свои мемуары спустя много лет после описываемых событий и мог ошибиться. Как бы то ни было, германским войскам сильно повезло. Части Красной Армии преследовали их достаточно вяло, не особо торопясь вступать в боевое соприкосновения с отступающим противником, не говоря уже о том, чтобы попытаться опередить и перехватить его и отрезать ему пути отхода, не дав ему передохнуть и вновь собраться с силами.

Глубокоуважаемых читателей, должно быть, несколько шокируют подобные неприглядные картины из истории доблестных германских вооруженных сил, пользующихся в глазах многих непререкаемым авторитетом самой дисциплинированной и верной долгу армии в мире, но, как говорится, «из песни слова не выкинешь»…Вот до чего доводит большевицкая агитация и пропаганда, если ее вовремя не пресечь.

Отдельный отряд особого назначения фон Рандова, быстро увеличивший свою численность, за счет присоединявшихся к нему мелких германских отрядов и солдат, отбившихся или отставших от своих частей, до 700 штыков, продолжил свой путь из Боток пешим порядком по покрытым льдом и заметенным снегом дорогам, чтобы достичь реки Дубиссы до продвигающихся к ней частей Красной Армии и своевременно занять линию обороны вдоль этой естественной водной преграды.

В ходе этого «Ледяного похода» к Дубиссе к отряду особого назначения подходили все новые подкрепления: сперва саперная, а потом пулеметная рота. За счет этого пополнения общая численность отряда возросла до 2000 штыков, после чего капитан фон Рандов разделил свой отряд на две части, чтобы облегчить успех обороны. Все атаки красных частей были отбиты, однако положение белых добровольцев было, прямо скажем, незавидным. Вокруг горели деревни, хутора и усадьбы, шли перестрелки между частями литовской «белой» (национальной) армии (сформированной под руководством германской службы полковника Генерального Штаба Шредера) и местными красными, твердо вознамерившихся незамедлительно осуществить на практике свой боевой революционный лозунг: «Visus ponаs ir tironаs v piekle varemis!»/8/. Однако постепенно ситуация стабилизировалась, так что уже в феврале-марте 1919 г. белым удалось перейти в контрнаступление, развивавшееся все успешней день ото дня.

Надо сказать, что с 18 января 1919 г. отряд фон Рандова сменил свое прежнее название «Железнодорожная охрана-8» (нем.: Баншуц 8)/9/ на новое — «Добровольческий корпус фон Рандова» (нем.: «Фрайкор фон Рандов»)/10/, хотя время от времени его по-прежнему называли «Отдельным отрядом особого назначения фон Рандова»/11/, что создавало определенную путаницу /12/. Отныне часть фон Рандова подчинялась в тактическом отношении сформированному в Инстербурге (Восточная Пруссия) новому 52-му армейскому корпусу, а впоследствии — 1 пехотной бригаде полковника (оберста) фон Cюдова. Генеральное Командование планировало сформировать на базе части фон Рандова полк с другим командиром (видимо, начальство не было довольно капитаном фон Рандовым). Однако вследствие протеста личного состава (еще одна «примета революционного времени» — нечто совершенно немыслимое, неслыханное и даже невообразимое в «нормальной», не революционной, германской армии!!!) предполагавшееся новое назначение так и не состоялось/13/.

Если верить лейтенанту Негенданку, добровольческий корпус фон Рандова, по приказу командования 52-го армейского корпуса, перешел 14 марта 1919 г. с занимаемых им на Дубиссе позиции в наступление на Шавли, взяв штурмом ряд населенных пунктов. «Белое» литовское национальное правительство поддержало это наступление, предоставив в распоряжение капитана фон Рандова несколько пехотных рот полного состава и сильный кавалерийский отряд. Особенно ожесточенными были бои за город Поневеж (литовск.: Паневежис), при взятии которого были захвачены в качестве трофеев две тяжелые мортиры. Среди обнаруженных в Поневеже убитых неприятельских солдат были бойцы 46-го, 60-го и 61-го полков Красной Армии. Однако своевременно предупрежденным 24-му и 41-му полкам Красной Армии удалось, спешно погрузившись в стоявшие на железнодорожной станции эшелоны, вырваться из окружения /14/.

Так вспоминал о штурме Паневежиса на склоне лет лейтенант Негенданк. Но он, вероятно, забыл включить в свои мемуары описание того, что случилось потом. А вот в материалах, собранных, обработанных и изданных Центром исследования военной истории и истории сухопутных сил в Потсдаме, то, что случилось потом, было описано, причем достаточно беспристрастно. Согласно этим материалам, советские войска вскоре «выбили из города Поневежа литовскую роту и приданные ей — вопреки приказанию командования (оказывавшей военную помощь «белым» литовским войскам германской добровольческой — В.А.) Шауленской бригады (нем.: «Бригаде Шаулен»)/15/ части отряда Рандова, однако продолжили их дальнейшее преследование лишь слабыми силами. Вследствие этого отряд Рандова смог удержать Сьонцскую линию, а Шауленская бригада успела своевременно разместить за его правым флангом свои слабые резервы» /16/. К сказанному следует добавить, что общая численность добровольческого корпуса достигла к концу февраля 1919 г. 2 663 штыков и сабель. Как уже упоминалось выше, он был разделен капитаном фон Рандовым на две части, точнее — группы (Южную и Северную). Боевой состав фрейкора выглядел следующим образом:

Командир: капитан фон Рандов

Адъютант: лейтенант Негенданк,

Офицер связи: лейтенант Шреве,

Офицер-провиантмейстер: лейтенант Баух (между прочим, «Баух» по-немецки означает «живот» — типичный пример «говорящей» фамилии офицера, вполне соответствующей занимаемой им должности)!

1)Южная группа (Командир: капитан Эберт):

1-я и 2-я роты, 1 взвод 99-мм пушек, пехотный взвод железнодорожной охраны, конно-пулеметный отряд, пехотный отряд.

Резерв: 3-я пехотная рота, кавалерийский взвод.

2)Северная группа (командир: капитан Майер):

4-я и 5-я роты, 2 пулеметные роты, кавалерийский взвод, взвод полевых гаубиц.

Резерв: 6-я пехотная рота.

На марше: саперная рота, взвод 100 мм артиллерийских орудий.

В стадии формирования: расчет легкой полевой радиостанции /17/.

Получив пополнение в лице Отдельного вюртембергского контингента в составе 300 добровольцев при 5 офицерах под командованием капитана Эрбе, добровольческий корпус фон Рандова разросся до 3000 штыков и сабель. Странным образом, столь значительное увеличение его численности не нашло отражения в соответствующих публикациях. Возможно, данное обстоятельство связано с тем, что вюртембергский контингент, именовавшийся также группой «Швабия» (группой «Швабы» или «Швабской группой»)/18/, считавшийся главным резервом добровольческого корпуса фон Рандова, был выделен из его состава и переброшен на левый фланг, для заполнения разрыва, образовавшегося между соседями  фрейкора фон Рандова — добровольческим корпусом капитана Кордта фон Брандиса /19/ и добровольческой «Железной дивизией»/20/ майора Бишофа.

26 марта 1919 г. в судьбе добровольческого корпуса произошло важное изменение. Вместе с добровольческим батальоном фон Бюлова /21/ и полком Гюникена /22/ он был переведен в состав переформированной Шауленской бригады (командиром которой был назначен подполковник Энгелин). В июле 1919 г. вся Шауленская бригада (230 офицеров и 5 000 добровольцев) была переброшена в Германию и, с конца августа 1919 г., дислоцирована в городе Целле. Там она была переформирована в 1-й батальон 71-го стрелкового полка рейхсвера в составе 36-й бригады рейхсвера (новой республиканской армии послевоенной Германии)/23/.

Что же касается лично капитана фон Рандова, то он, по не выясненным по сей день причинам, был отстранен от командования своей частью еще 17 апреля 1919 г. Новым командиром вместо него был назначен капитан Майер, командовавший до этого Северной группой добровольческого корпуса фон Рандова. По некоторым данным, фон Рандов сам испросил себе у начальства отпуск, но в свою часть больше так и не вернулся. 8 июня 1919 г. был отстранен от командования и капитан Майер, замененный в этой должности капитаном Вюртом фон Вюртенау, ставший последним командиром добровольческого корпуса (отдельного отряда особого назначения)/24/.

Добровольческому корпусу фон Рандова не довелось принять участие в успешном совместном наступлении белых германских добровольческих частей и белого русско-немецкого Балтийского лндесвера, в результате которого в мае 1919 г. вся Курляндия (латышск.: Курземе) была очищена от красных. Адъютант фон Рандова, лейтенант Негенданк с некоторым разочарованием вспоминал об этом периоде в истории своей части:

«Рандов (имеется в виду добровольческий корпус фон Рандова — В.А.), невзирая на все потери и лишения, стоял на передовом посту, прикрывая левый фланг переформированной Шауленской бригады»./25/

Картинки по запросу Detachement von Randow

ПРИМЕЧАНИЯ

/1/ «Деташемент ф. Рандов» (нем.: Detachement v. Randow).

/2/  Нем.: Grenzschutz.

/3/  Нем.: Eiserne Brigade.

/4/  нем.: Baltische Landeswehr (в русскоязычной мемуарной и военно-исторической литературе встречаются также написания «Охрана Балтийского Края», «Балтийский ландсвер» и «Балтийский ландвер»).

/5/  Нем.: Oberste Heeresleitung, OHL.

/6/  Darstellungen aus den Nachkriegskaempfen deutscher Truppen und Freikorps. Die Rueckfuehrung des Ostheeres. Im Auftrag des Reichskriegsministeriums bearbeitet und herausgegeben von der Forschungsanstalt fuer Kriegs- und Heeresgeschichte in Potsdam. Berlin 1936. Erster Band, S. 154 f. (Описание послевоенных боев германских войск и добровольческих корпусов. Возвращение Восточной армии. По поручению Имперского военного министерства обработано и издано Центром исследования военной истории и истории сухопутных сил в Потсдаме. Берлин 1936, Первый том, с. 154 и далее).

/7/  Нем.: Forschungsanstalt fuer Kriegs- und Heeresgeschichte in Potsdam.

/8/  «Всех панов (господ) и тиранов отправим гореть в аду!» (литовск.).

/9/  Нем.: Bahnschutz 8.

/10/ Нем.: Freikorps von Randow.

/11/ Нем.: Detachement von Randow.

/12/ Сведения о предварительном названии белого добровольческого формирования фон Рандова основаны на публикации К.-Г. Клитмана в немецком военно-историческом альманахе «Фельдграу» №4 за 1964 г. (K.-G. Klietmann. Feldgrau. Heft 4/1964). В 1937-1938 гг. Клитман имел возможность ознакомиться с материалами Потсдамского музея сухопутных сил (нем.: Heeresmuseum Potsdam), разрушенного в 1945 г. На с. 154 первого тома Darstellungen… совершенно недвусмысленно указано, что с 18 января 1919 г. отряд железнодорожной охраны Рандова (Bahnschutzabteilung Randow) продолжал нести службу под прежним командованием, но под новым названием «Добровольческий корпус (фрейкор) Рандова» (нем.: Freikorps Randow).

/13/  Cм.: K.-G. Klietmann in: Militaria — Beitraege zur Geschichte von Uniform und Ausruestung Nr. 2 Berlin, 1964, S. 8.

/14/ Эти данные основаны, главным образом, на воспоминаниях лейтенанта в отставке Г. Негенданка, опубликованных им под названием «Отдельный отряд особого назначения фон Рандова» в журнале ветеранов белых добровольческих корпусов «Дер Рейтер ген Остен» («Всадник, скачущий на Восток») №3 за 1935 г. (G. Negendank. Detachement von Randow in: Der Reiter gen Osten, Nr. 3/1935). Приведенные Негенданком данные не всегда согласуются с официальными данными Потсдамского Центра.

/15/ Нем.: Brigade Schaulen.

/16/ См.: Darstellungen aus den Nachkriegskaempfen deutscher Truppen und Freikorps. Der Feldzug im Baltikum bis zur zweiten Einnahme von Riga Januar bis Mai 1919. Berlin 1937. Zweiter Band, S. 102 f. (Описание послевоенных боев германских войск и добровольческих корпусов. Поход в Прибалтику до второго взятия Риги с января по май 191 г. Берлин 1937, Второй том, с. 102 и далее).

/17/ См. статью Гельмута Ройтера «Добровольческие корпуса и формирования Пограничной стражи в 1918-1924 гг.», опубликованную в альманахе «Фельдграу» за 1964 г., с. 77 (Reuther, Helmuth. Freikorps und Grenzschutzformationen 1918-1924, in: Feldgrau, 1964, S. 77). Заметка о боевом составе добровольческого корпуса фон Рандова и замещении в нем командных должностей была опубликована К.Г. Клитманом под названием «Отдельный отряд особого назначения ф. Рандова» в журнале «Дер Рейтер ген Остен» («Всадник, скачущий на Восток») №2 за 1939 г., с. 13 и далее (K.-G. Klietmann. Das Detachement v. Randow in: Der Reiter gen Osten, Nr.2/1939, S. 13 f.).

/18/ Нем.: Gruppe Schwaben.

/19/ Нем.: Freikorps Brandis.

/20/ Нем.: Eiserne Division.

/21/ Нем.: Freiwilligen-Bataillon von Buelow.

/22/ Нем.: Regiment Huenicken.

/23/ См.: Tessin, Georg: Deutsche Verbaende und Truppen 1918-1939, Osnabrueck 1974, S. 92 f. Впрочем, относительно времени расформирования белого добровольческого корпуса фон Рандова в соответствующей литературе существует огромный разнобой мнений и точек зрения. Сам фон Рандов в пометке, сделанной им на полях письма, полученного от К.Г. Клитмана и датированного 16 сентября 1938 г., указывает осень 1919 г. Клитман приводит в качестве времени роспуска добровольческого корпуса фон Рандова июль-август 1919 г., однако в той же самой публикации пишет всего через несколько строк, что корпус был расформирован 21 октября  1919 г. (см. наше прим. /13/). Томас и Поханке в своем коллективном труде «Справочник по истории германских добровольческих корпусов», год издания 2001, с. 98 (Thomas/Pochanke. Handbuch zur Geschichte der Deutschen Freikorps, Erscheinungsjahr 2001, S. 98) безо всяких ссылок на источники информации указывают в качестве даты расформирования добровольческого корпуса фон Рандова 1 июня 1919 г.

/24/ См.: прим. /3/.

/25/ См.: прим. /4/.

2. КАПИТАН АЛЬФРЕД ФОН РАНДОВ

Альфред фон Рандов, сын генерал-лейтенанта Прусской Королевской Армии Германа Георга фон Рандова, родился 8 февраля 1879 г. в г. Нейссе. Избрав для себя, в духе семейных традиций, карьеру кадрового офицера, он 28 марта 1898 г. вступил фанен-юнкером (кандидатом на первый офицерский чин) в ряды Прусской Королевской Армии. 17 октября 1899 г. был произведен в чин лейтенанта, 17 сентября 1909 г. — в чин старшего лейтенанта (обер-лейтенанта). Молодой прусский офицер принял участие в Великой (Первой мировой) войне и дослужился до гауптмана (капитана), будучи произведен в этот чин 22 мая 1915 г. С конца 1918 по начало 1920 г.  Альфред фон Рандов служил командиром батальона в добровольческом корпусе (фрейкоре) своего собственного имени (отдельном отряде особого назначения фон Рандова), отличившемся в боях с частями Красной Армии в Прибалтике (Латвии и Литве).

По возвращении в Германию, Альфред фон Рандов учредил для награждения ветеранов своего добровольческого корпуса (и некоторых других белых добровольческих корпусов, воевавших с красными, а впоследствии — с «белыми» латышскими, эстонскими и литовскими националистами) особый «Почетный (Памятный) Знак добровольческого корпуса ф. Рандова» («Тевтонский Рыцарский Крест»)/1/. «Тевтонский Рыцарский Крест» фон Рандова имел четыре степени: Большой (шейный) Крест; нагрудную Звезду (первоначально задуманную как «приложение» к шейному Большому Кресту, но вскоре превратившуюся в отдельную награду; Крест I степени (на булавке) и Крест II степени (на черной ленте).

С 1931 по 1933 г. Альфред фон Рандов проходил дальнейшую военную службу в Гёрлитцском, а с 1933 по 1934 в в Швиднитцском полку Пограничной стражи. С 1935 по 1938 г. трудился в должности чиновника Имперской Трудовой Службы (Рейхсарбейтсдинст, РАД) в г. Алленштейне (Восточная Пруссия).

С 9 сентября 1938 по 31 мая 1939 г. фон Рандов проходил курсы офицерской переподготовки в качестве кандидата на замещение офицерской должности. 31 января 1939 последовало его увольнение (в соответствии с присвоением ему персонального кода «С»), на основании письма тогдашнего генерал-лейтенанта фон Бока, командира 11 дивизии, как непригодного для службы в качестве офицера. Причина: изгнание вс позором из рядов Имперской Трудовой Службы с формулировкой: «Личность фон Рандова, вследствие его сомнительных наклонностей и характера, делает его неподходящим для продолжения службы в другом подразделении (Имперской Трудовой Службы — В.А.) и совершенно недопустимым его службу в рядах вермахта (Вооруженных сил гитлеровской Германии — В.А.)». Однако с началом Второй мировой войны в сентябре 1939 г. высшее начальство все-таки сочло возможным использовать фон Рандова в качестве офицера. Его персональный код был изменен с «С» на «В». 14 сентября 1939 г. он был вновь призван на действительную военную службу, которую проходил в качестве офицера при штабе 51-го учебного авиационного полка, в чине майора. 1 апреля 1940 г. Альфред фон Рандов, зарекомендовавший себя, в качестве штабного офицера, самым наилучшим образом, был награжден Крестом за военные заслуги (нем.: Кригсфердинсткрейц) и представлен на повышение. Однако в связи с существовавшими в описываемое время должностными инструкциями, фон Рандов, оставаясь на занимаемой им должности, мог рассчитывать на присвоение очередного чина оберст-лейтенанта (подполковника) только, прослужив в этой должности три года (т.е. не ранее 1 апреля 1944 г.). Все приведенные выше сведения содержатся в рапорте офицера особого отдела, составленном в Берлине и датированном 28 июля 1941 г.

Странным образом, никаких данных о гапутмане Альфреде фон Рандове и о его дальнейшей военной карьере после 28 июля 1941 г. не сохранилось ни в Федеральном Архиве в Аахене, ни в Институте современной истории в Мюнхене. А вот в Германской службе оповещения ближайших родственников павших военносдужащих бывшего германского вермахта в Берлине кое-какие сведения на его счет все-таки сохранились.

5 сентября 1939 г. капитану Альфреду фон Рандову был присвоен чин майора. Начиная с 5 сентября 1939 г. он проходил действительную военную службу в штабе 51-го учебного авиационного полка, с 1 сентября 1942 г. — в штабе 51-го авиационного полка (эта часть была сформирована 1 апреля 1939 г. в Веймар-Нора, в 1941 г. передислоцирована в Антверпен и там переименована в 51-й авиационный полк).

Согласно списку Фридландского пограничного контрольно-пропускного лагеря от 24 декабря 1949 г., майор Альфред фон Рандов 22 июля 1949 г. попал в советский плен, из которого был освобожден только 20 октября 1955 г. Вероятнее всего, фон Рандов недооценил в свое время риск, связанный с его возможным намерением вернуться в свое довоенное место жительства, оказавшееся после 1945 г. в советской оккупационной зоне, или хотя бы съездить туда на какое-то время. Как бы то ни было, он попал в руки советских «органов», которые наверняка не забыли его «контрреволюционного антисоветского прошлого» и участия в вооруженной борьбе на стороне «наемников германских империалистов и литовских буржуазных националистов» в 1919 г. «против Советской власти». За это старому фрайкоровцу пришлось отработать шесть лет в ГУЛАГе «на просторах Родины чудесной» пролетариев всех стран (впрочем, после 1943 г. большевицкие пропагандисты СССР больше так, «по-довоенному», в духе «Мировой революции» и «Земшарной Республики Советов», уже не называли).

После освобождения из советского лагеря Альфред фон Рандов прожил еще около трех лет в полной безвестности в тогдашнем кёльнском пригороде Кальк и приложился к роду отцов своих 22 декабря 1958 г.

ПРИМЕЧАНИЕ

/1/Нем.: Ehrenzeichen (Erinnerungszeichen) des Freikorps v. Randow (Deutschritterkreuz).

3. КАК БЫЛ УЧРЕЖДЕН ЗНАК ФРЕЙКОРА ФОН РАНДОВА

Что касается внешнего вида и, соответственно, описания знаков всех четырех классов (степеней) «Тевтонского Рыцарского Креста» (Deutschritterkreuz), учрежденного капитаном германской службы Альфредом фон Рандовым для ветеранов возглавляемого им в 1919 г. и сражавшегося в Прибалтике против красных белого добровольческого корпуса (Отдельного отряда особого назначения фон Рандова), следует, прежде всего, подчеркнуть следующее обстоятельство. Предназначенный для ношения на булавке (слева на груди) Знак I класса (степени), учрежденный Альфредом фон Рандовым, почти не отличим (если вообще отличим) от так называемого знака Западной Добровольческой Армии (мальтийского креста), учрежденного Главнокомандующим этим белым монархическим добровольческим формированием, генерал-майором русской службы князем П.М. Аваловым (Бермондтом).

Чрезвычайная редкость знаков, учрежденных капитаном Альфредом фон Рандовым (помещенных нами, в качестве иллююстрации, в заголовке настоящей историко-фалеристической миниатюры), явствует уже из сведений, приводимых самим учредителем, содержащихся в его опубликованных письмах. Так, согласно утверждениям самого фон Рандова, им не было произведено ни одного награждения высшей степенью «Тевтонского Рыцарского Креста» — так называемым Большим (шейным) Крестом, изготовленным в одном единственном экземпляре и находившимся в личном владении самого учредителя. Даже учрежденный фон Рандовым знак II класса (степени) — нагрудная звезда, задуманная как награда всем чинам добровольческого корпуса, прослужившим в его рядах шесть месяцев подряд -, был выдан только пяти ветеранам фрейкора.

Но и знак II степени (крест на черной ленте), награждение которым производилось довольно часто, так что многие из 3000 добровольцев фон Рандова должны были его получить на фронте или впоследствии — по возвращении в Германию, почему-то встречается в наше время крайне редко.

Итак, перейдем к описанию награды:

1) Большой (шейный) Крест.

Аверс: покрытый черной эмалью, посеребренный иоаннитский крест (именуемый также мальтийским). Между двумя верхними углами креста тонкий серебряный сегмент (сектор круга — В.А.) через который продеты два посеребренных кольца, к которым припаяны два посеребренных, обнаженных, скрещенных меча остриями вверх, а также ушко для шейной ленты.

Реверс: аналогичный аверсу, покрытый черной эмалью.

Размеры: диаметр креста: 55 мм, длина мечей: 32 мм.

Предназначен для ношения на шейной черной шелковой муаровой ленте.

Количество награждений: ни одного.

2) Звезда.

Аверс: посеребренная восьмиконечная звезда со «штралами» и с наложенным на нее покрытым черной эмалью иоаннитским (мальтийским) крестом I класса (степени). Через середину креста проходят два скрещенных, посеребренных, обнаженных меча остриями вверх.

Реверс: вертикальная массивная булавка на шарнире.

Размеры: диаметр звезды: 80 мм, диаметр наложенного на звезду креста: 46 мм.

Предназначена для ношения на левой стороне груди.

3) Крест I класса (степени).

Аверс: покрытый черной эмалью иоаннитский крест с узким серебряным кантом.

Реверс: гладкий, посеребренный, с вертикальной булавкой на шарнире.

Размеры: диаметр: 46 мм.

Предназначен для ношения на левой стороне груди.

(В некоторых фалеристических каталогах приводится также изображение креста I класса с мечами. Внешний вид этой награды отличается от описанной выше лишь наличием двух проходящих через центр креста прямых посеребренных обнаженных мечей остриями вверх. Однако сам Альфред фон Рандов ни разу не упоминал об этом виде или степени учрежденной им награды).

4) Крест II класса (степени)

Аверс: посеребренный, покрытый черной эмалью иоаннитский крест, с ушком между двумя верхними углами креста и с двумя продетыми через это ушко кольцами для крепления к ленте (колодке).

Реверс: гладкий, посеребренный.

Размеры: диаметр креста: 46 мм.

Предназначен для ношения на черной муаровой ленте на левой стороне груди или в петлице.

Согласно известному каталогу Клитмана, на черной ленте знака II класса (степени) могли крепиться два скрещенных, позолоченных, обнаженных меча остриями вверх, увенчанных прусской королевской короной (соответствует принятой в год Великой войны 1914-1918 гг. манере ношения степени Рыцарского креста Ордена Дома Гогенцоллернов на ленте). Однако это утверждения не подтверждается не сведениями, приведенными самим фон Рандовым, ни какими-либо иными источниками.

Ко всем выдаваемым гауптманом фон Рандовым наградам прилагалось соответствующее наградное удостоверение, отпечатанное полиграфическим способом на особом бланке, с приложением печати добровольческого корпуса, собственноручно подписанное его командиром.

4. ТЕВТОНСКИЙ РЫЦАРСКИЙ КРЕСТ ФОН РАНДОВА

При изучении вопросов, связанных с учреждением «Тевтонского Рыцарского Креста» командиром белого добровольческого отдельного отряда особого назначения капитаном германской службы Альфредом фон Рандовым, мы сталкиваемся с тем довольно редким случаем, когда создатель или учредитель почетного (или памятного) знака, не считая приказа по части, датируемого 1919 г., никогда не сообщал о конкретных положениях относительно правил награждения этим знаком. Лишь по прошествии почти целого десятилетия он удосужился сообщить о них — в общих чертах — в письме немецкому военному историку и фалеристу Курту-Гергарду Клитману. Впрочем, информация, сообщенная Альфредом фон Рандовым в ответ на письменные запросы Клитмана, носила достаточно противоречивый и путаный характер. При этом она далеко не всегда соответствовала содержанию его приказа по части, датируемому 1919 г.

Из писем фон Рандова, прежде всего, явствует, что с течением времени условия награждения четырьмя учрежденными им почетными знаками (которые он назвал «Тевтонским Рыцарским Крестом») существенным образом изменились. Сказанное касается не только того обстоятельства, что эти «тевтонские кресты», которые были первоначально задуманы им лишь в качестве памятных знаков, напоминающих о совместной фронтовой службе, стали, в конце концов, выдаваться в качестве наград за боевые заслуги. Кроме того, сообщенная фон Рандовым информация вызывает целый ряд вопросов военно-исторического и фалеристического характера, прояснить которые в настоящее время вряд ли представляется возможным, с учетом почти полного отсутствия соответствующих архивных документов и материалов. Ибо все, что имелось в архивах на этот счет и было доступно довоенным исследователям (например, тому же Клитману), включая военный дневник добровольческого корпуса фон Рандова, было уничтожено в последние месяцы Второй мировой войны (при налете англо-американских бомбардировщиков на Потсдамский Военный Архив в 1945 г.).

Что касается четырех классов «Тевтонского Рыцарского Креста», учрежденного Альфредом фон Рандовым в 1919 г., то представляется необходимым заметить следующее. В упомянутом выше приказе по части 1919 г. содержится письменное подтверждение учреждения командиром фрейкора только лишь Звезды и Креста I класса (степени). Исключительно благодаря личной инициативе Клитмана Потсдамский Армейский Архив предоставил в его распоряжение в 1938 г. выписку из этого приказа по части, оказав не только ему, но и всем последующим поколениям фалеристов, военных историков и любителей, интересующихся белыми германскими добровольческими корпусами 1918-1923 гг., немаловажную услугу.

В мае 1919 г., согласно данным Клитмана, имевшего в 1937 и 1938 гг. возможность ознакомиться с хранившимися в Потсдамском Армейском Архиве оригиналами соответствующих документов (которых, впрочем, и там хранилось не слишком-то много), Альфредом фон Рандовым были учрежден Большой Крест и Крест II класса (степени) /1/. К сожалению, Клитман не дал никаких ссылок на источники, на основании которых он датировал учреждение этих двух знаков. Единственное, на что в настоящее время можно кое-как опереться при попытках датировки их учреждения, это информация, приведенная Альфредом фон Рандовым в его письме от 12 сентября 1938 г., согласно которой он в мае 1919 г. выслал из местечка Жадова Звезду (в золоте) германскому генералу фон Вельману, а также его пометка на полях письма, отосланного им обратно Клитману (от которого он его получил) — этой ремарки мы чуть позднее коснемся более подробно.

Однако самым странным в этой датировке учреждения Большого Креста и Креста II класса (степени) представляется то обстоятельство, что гауптман фон Рандов в мае 1919 г. уже не был командиром добровольческого корпуса своего имени (в составе белой германской добровольческой «Шауленской бригады»), поскольку еще 12 апреля 1919 г. его сменил в этой должности гауптман Майер, после чего фон Рандов отбыл в отпуск и больше в свою часть не возвращался.

Кстати, в своей переписке с Клитманом Альфред фон Рандов ни разу не касается вопроса своей замены гауптманом Майером в должности командира добровольческого корпуса 17 апреля 1919 г.. Напротив, в одном из своих писем Клитману (к сожалению, не поддающемся точной датировке) он сообщает, что все документы его добровольческого корпуса были утеряны в ходе поспешного отступления осенью 1919 г. из Литвы или Прибалтики (в описываемое время Литва еще не считалась частью Прибалтики, в отличие от Латвии и Эстонии). При этом из письма фон Рандова, содержащего упоминание об этом печальном событии, никоим образом не явствует, что он в описываемое время уже не находился в своей части. Данное обстоятельство позволяет предположить, что Альфред фон Рандов, с частью своих добровольцев, в июле-августе 1919 г. отказался подчиниться приказу о возвращении в Германию (подобно многим военнослужащим германской армии, не пожелавшим возвращаться в республиканскую Германию и перешедшим, приняв российское подданство, в ряды монархической русско-немецкой белой Западной Добровольческой Армии генерал-майора князя П.М. Авалова) и какое-то время продолжал оставаться на Прибалтийском фронте. Если наше предположение верно, то у фон Рандова действительно было достаточно времени для второго этапа учреждения своих корпусных наград и производства награждения. Однако данная версия, к сожалению, является чисто умозрительной, ибо не подтверждается никакими документальными свидетельствами.

В данной связи следует указать и на то, что упомянутый нами выше русский генерал-майор князь П.М. Авалов (Бермондт), Главнокомандующий белой монархической русско-немецкой Западной Добровольческой Армией (ЗДА), также учредил памятный крест «мальтийской формы», покрытый черной эмалью или лаком (так называемый «мальтийский крест», «крест Бермондта-Авалова» или «Крест Авалова») — правда, не в качестве боевой награды, а в качестве знака отличия (этот крест был предназначен для ношения на груди всеми чинами ЗДА). Известно также, что в ходе боевых действий «аваловцев» в Прибалтике (главным образом, против поддерживаемых военными кораблями и бронечастями армий стран Антанты «белых» латышских и эстонских националистов, не желавших пропускать ЗДА через территорию Латвии на помощь наступавшим на красный Петроград белым частям русской «непредрешенческой» и проантантовской Северо-Западной Армии генерала от инфантерии Н.Н. Юденича) не все из них успели получить «мальтийский крест», так что некоторые из них получали его от своего бывшего Главнокомандующего уже «задним числом», в Германии, в 1920 г. и в последующие годы. Все дело в том, что «крест Авалова» как две капли воды похож на «Тевтонский рыцарский Крест» I класса, учрежденный Альфредом фон Рандовым. Очередная загадка!

Вернемся, однако, к немногим сохранившимся документам. Важнейшим из них представляется приказ по части, отданный фон Рандовым 12 апреля 1919 г. Приводим ниже сохранившийся текст выписки из его «Приказа по отдельному отряду особого назначения», предоставленная в распоряжение Клитмана Потсдамским Армейским Архивом 7 сентября 1938 г.:

«12. Я намерен распорядиться изготовить памятный знак в форме черного креста (эмалированного) с серебряным кантом, предназначенный для ношения на левой стороне груди. Этот крест должны получить все бойцы отдельного отряда особого назначения, способные подтвердить свою непрерывную службу в отдельном отряде особого назначения в течение 4 месяцев.

Этот же крест на серебряной звезде должны будут получить все бойцы отдельного отряда особого назначения, прослужившие в отдельном отряде особого назначения Рандова полные 6 месяцев.

Насколько средств отдельного отряда особого назначения окажется достаточно для безвозмездной выдачи этого памятного знака боевого товарищества, сегодня сказать не представляется возможным. Не исключено, что каждый имеющий право на получение этого знака в память о пережитых нами вместе печальных и радостных часах должен будет приобрести его по соответствующей небольшой цене.

Подпись: фон Рандов,
Капитан и командир Отдельного отряда особого назначения».

Приводим ниже письма Альфреда фон Рандова, адресованные Курту-Гергарду Клитману и датированные 27 августа и 12 сентября 1938 г., а также еще одно письмо, написанное фон Рандовым в промежутке между двумя вышеназванными письмами, но, к сожалению, не поддающееся точной датировке:

27.8.1938

1._

2._

3.Учрежденный мною, в качестве первого командира добровольческого корпуса, «Тевтонский Рыцарский Крест», представляет собой иоаннитский крест, покрытый черной эмалью, с узкой серебряной каймой. II класс (степень) предназначен для ношения на черной муаровой ленте, I класс — для ношения без ленты, на левой стороне груди, Большой Крест (размером вдвое больше Креста) — на широкой черной муаровой ленте на шее с серебряными скрещенными мечами на кольце. К Большому Кресту полагается также звезда, предназначенная для ношения на левой стороне груди, восьмиконечная, с расположенными между лучами над крестом золотыми мечами. На звезду наложен крест I класса. Документа об учреждении не имеется, есть только приказ по части, которым учреждается этот орден и в котором сообщаются условия его получения (хранится в Имперском архиве). Звезда в золоте была подарена мною в 1919 г. генералу пехоты фон Вельману по случаю его прощания с частью, в которую входил и мой добровольческий корпус.

Подпись: ф. Рандов».

В следующем письме (без указания даты) Альфред фон Рандов сообщает следующие сведения:

«При поспешном отступлении из Литвы, находясь под постоянной угрозой попасть в засаду, организованную местным населением и литовскими войсками /2/, часть которых находилась под моим командованием, не было возможности своевременно обеспечить сохранность документации добровольческого корпуса. Среди них находились и наградные удостоверения, заполнявшиеся в свое время вахмистром Кремером. Все документы, списки части, персональные дела, заявления о зачислении в часть, расписки в получении жалованья и т.д. попали в руки большевиков.

Большой Крест со Звездой был первоначально задуман в качестве ордена для награждения не входящих в наш добровольческий корпус выдающихся командиров других добровольческих корпусов, сражавшихся вместе с нами (Пфеффера, Брандиса, Авалова-Бермондта, Дибича), некоторые из которых также награждали нас своими орденами и звездами. Только звездой, если мне не изменяет память, были награждены лишь командиры моих двух групп (отдельный отряд особого назначения фон Рандова был в ходе боевых действий разделен им на две группы — Северную и Южную — В.А.), мой 1-й адъютант и окружной начальник (крейсамтман — В.А.) Фюнфштюк в Скаудвиле, последний был главой администрации района, в котором находился театр военных действий моего добровольческого корпуса.

II класс был изначально предназначен только для награждения рядового состава. Однако выяснилось, что проведение четкого разделения между I и II классом не осуществимо, исходя из психологических соображений, так что Звезда, в определенном смысле, является наградой за совершенный подвиг, в то время как I класс становился во все большей степени подтверждением стойкости добровольца, выражавшейся в длительности срока его пребывания в рядах части. Командиры-литовцы получали только I класс, но никто из них не получил Звезды. Кстати, никак не удавалось убедить бойцов больше не носить II класс после получения I. Многие из них — по сей день! — носят оба класса, подобно тем, кто носит свой Балтийский Крест II класса на ленте на груди рядом с крестом I класса (на булавке — В.А.).

Подпись: фон Рандов».

В своем третьем письме от 12 сентября 1938 г. Альфред фон Рандов сообщил по поводу учрежденных им наград следующее:

«Я уже писал Вам (это явное указание на то, что фон Рандов написал Клитману еще одно письмо, о котором Клитман, однако нигде не упоминает и который не сохранился в коллекции Клитмана, хранящейся ныне в архиве геральдического объединения «Герольд» в Берлине — В.А.), что фирма Майбауэр, Берлин, Юнкерштр(ассе — В.А.) 19, в свое время изготовила знаки. Возможно, там еще находится образец (для их изготовления — В.А.), в противном случае мне придется выслать их Вам.

Награждения Большим Крестом не производилось, он находится у меня. А установить количество врученных тогда наград не представляется возможным. Многие приобрели их гораздо позднее в магазинах по продаже орденов.

Жив ли еще генерал ф(он — В.А.) Вельман, мне неизвестно. Тогда я выслал ему Звезду в письме — если не ошибаюсь, из Жадова. Я так и не узнал, получил ли он ее, во всяком случае, сейчас припомнить это не могу (ведь дело было в мае 1919 г.). Проекты орденов разработаны мною. Изготовитель — Майбауэр. Мотивы — те же самые, что и на знамени (добровольческого корпуса фон Рандова — В.А.). Мой добровольческий корпус был фактически первым, носившим (в качестве эмблемы — В.А.) щит тевтонских рыцарей. С 31.8.38 главная улица Тильзита носит название «Фрайкор фон Рандов Штрассе» (улица добровольческого корпуса фон Рандова — В.А.)».

Под «щитом тевтонских рыцарей» (нем.: «Дейчриттершильд») Альфред фон Рандов подразумевал нарукавную нашивку (на левом рукаве мундира выше локтевого сгиба) и петличные знаки чинов своих добровольцев, имевшие форму белого гербового щитка «норманнского» («варяжского») типа с черным крестом тевтонских рыцарей (прямым, а не мальтийским, как на корпусных наградах)/3/.

На знамени отряда фон Рандова был изображен черный крест иоаннитской (мальтийской) формы.

Имеется и еще одно, дополняющее его сохранившиеся письма, сообщение фон Рандова, в форме пометки, сделанной им на полях письма, полученного им от Клитмана (и отосланного им обратно Клитману) от 16 сентября 1949 г. В своей ремарке он указал следующее: «Экземпляры для фотографирования имеются, знаки I класса, учрежденного уже в марте 1919» (это неверно, данный знак был учрежден в действительности 12 апреля 1919 г.).

В ответ на заданный Клитманом вопрос, был ли Большой Крест учрежден одновременно с наградами, упомянутыми в приказе по части от 12 апреля 1919 г., Альфред фон Рандов сделал пометку: «Нет, только в мае 1919 г.», а на вопрос, долго ли награжденные носили свои знаки: «До расформирования отряда осенью 1919 г.».

ПРИМЕЧАНИЯ

/1/ Cм.: K.-G. Klietmann in: Militaria — Beitraege zur Geschichte von Uniform und Ausruestung Nr. 2 Berlin, 1964, S. 8.

/2/ «Белые» войска литовских «буржуазных» (выражаясь языком советской пропаганды) националистов (по иронии судьбы, организованные немцами под руководством полковника Генерального Штаба Шредера), действительно, не раз вероломно наносили удары по отступающим частям русско-немецкой Западной Добровольческой Армии князя и ослабленным боями (в том числе за независимость Литвы!) германским добровольческим корпусам. А еще раньше, во второй половине октября 1919 г., «белые» литовцы неожиданно ударили в тыл частям ЗДА (сражавшимся с «белыми» эстонцами и «белыми» латышами, не желавшими, под нажимом Антанты, пропустить их через территорию «белой» Латвии на помощь русской Северо-Западной армии генерала Юденича, штурмовавшей красный Петроград) на южном участке Двинского фронта, отбив у них несколько железнодорожных платформ с пушками, пулеметами и боеприпасами, 6 военных самолетов и т.д. Так что гауптман Альфред фон Рандов совершенно справедлив в своих оценках, данных им в своем письме.

/3/ Первоначально эти нарукавные «тевтонские щитки» были матерчатыми, а впоследствии — металлическими, покрытыми черной (крест) и белой (поле щитка) эмалью, обрамленными дубовым венком из серебристого металла.


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.