Интервью Вольфганга Акунова журналу «Буршеншафтлихе блеттер». Вольфганг Акунов.

1413

После поражения и уничтожения Великой Армии Наполеона I в России в 1812 году, на борьбу с наполеоновской тиранией поднялись свободолюбивые силы Германии. В авангарде освободительной борьбы против Наполеона немцев, опиравшихся на поддержку русской армии, стояла немецкая молодежь, а в авангарде молодежи — студенты-«бурши» (от латинского слова «бурса», как в Средние века именовались высшие учебные заведения; от этого же слова происходит и наше слово «бурсак», известное уважаемым читателям по произведениям Гоголя и Помяловского). Первый немецкий добровольческий корпус (фрайкор), поднявший оружие против наполеоновской тирании — добровольческий корпус Адольфа фон Лютцова (вошедший в историю наполеоновских войн как «корпус черных егерей», или «дикая, отчаянная охота Лютцова») был сформирован в 1813 году из числа студентов-«буршей» Иенского университета (в котором в 1974-75 гг. довелось учиться и автору этих строк). Фон Лютцов, бывший офицер в полку предводителя антинаполеоновских повстанцев Фердинанда фон Шилля (сложившего голову в борьбе с французскими оккупантами), вел своих добровольцев (в числе которых был и поэт-партизан Теодор Кёрнер, прозванный «немецким Денисом Давыдовым») в бой не за династические интересы отдельных германских монархов, а за единую независимую Германию.

Фрайкоровцы фон Лютцова именовались «черными егерями», поскольку носили черную форму с красной отделкой и золотыми (латунными) пуговицами, что в сочетании давало «германские национальные цвета» (во всяком случае, так считали романтически настроенные немецкие студенты и поэты, искавшие в средневековой эпохе истоки «сумрачного германского гения», который мечтали возродить ради восстановления «былого великолепия рейха»).

В 1817 году несколько тысяч немецких студентов собрались на праздник в замке Вартбург (Тюрингия) в связи с трехсотлетием антикатолической Реформации(именно в Вартбурге «отец Реформации» доктор Мартин Лютер в начале XVI века перевел Священное Писание с латинского языка на немецкий, что расценивалось немецкими романтиками-националистами как «начало борьбы германского духа и немецкого народа против универсалистского, антинемецкого, романского владычества римских пап») и четырехлетней годовщиной Битвы Народов под Лейпцигом, в ходе которой объединенные армии России, Пруссии, Австрии, Швеции и ряда германских государств окончательно «переломили хребет» владычеству Наполеона I Бонапарта над Германией.

Съехавшиеся на «Вартбургский праздник» изо всех германских «удельных княжеств» студенты-«бурши», выступавшие за объединение Германии, впервые подняли на этой встрече «национальный черно-красно-золотой флаг единой Германии» и создали союз студенческих братств-бурсачеств — «Дойче Буршеншафт» (деятельность которого, в отличие от прежних студенческих «землячеств»-«ландсманшафтов», выходила за рамки отдельных германских государств).

Надо сказать, что трехцветный «черно-красно-золотой германский флаг» образца 1817 года по своему внешнему виду значительно отличался от позднейшего трехполосного триколора-«драйфарба». «Вартбургский флаг» студентов-«буршей» был сшит из двух темно-красных полос и одной черной между ними. В центре флага была вышита золотая дубовая ветвь.

Как бы то ни было, черно-красно-золотая цветовая гамма стала общепризнанным символом стремления патриотически настроенных молодых немцев к свободе и единству. Флаг созданного после крушения наполеоновской тирании весьма рыхлого квазигосударственного образования — Германского Союза (под покровительством австрийского императора из династии Габсбургов, как наиболее могущественного из германских государей описываемой эпохи) — был черно-красно-золотым, а его военно-морской флаг (на некоторое время был даже сформирован союзный, или федеральный, флот Германии) — черно-красно-золотым с двуглавым австрийским императорским орлом в золотом крыже.

Под черно-красно-золотым знаменем (без крыжа с габсбургским орлом) заседал в 1848 году во Франкфурте-на-Майне первый общзгерманский союзный, или федеральный, парламент-бундестаг. Под этим знаменем вели бои на баррикадах против прусской королевской армии берлинские повстанцы в марте 1848 года и сражались против войск германских династов (в первую очередь — короля Пруссии и императора Австрии) в 1848-49 гг. мечтавшие о германском единстве революционеры-националисты Саксонии, Пруссии и Бадена. Черно-красно-золотому «триколору» (то есть, «трицвету», или, по-немецки, «драйфарбу») было даже дано, в духе той героической эпохи, весьма поэтическое и романтическое истолкование: Из мрака к свету — через кровь».

Союз патриотических студенческих братств — «Дойче Буршеншафт» существует в Германии (а также, по старой памяти, Австрии) и поныне, по-прежнему выступая за традиционные немецкие ценности: Отечество, единство, суверенитет, национальные традиции и христианскую мораль, весьма критически относясь к сверхлиберальной политике вседозволенности, моральной распущенности, утраты государствами — членами ЕС — остатков своего суверенитета и подчинения интересов Европы глобальным интересам США. Студенты-«бурши» по-прежнему фехтуют на саблях, поддерживают другие свободолюбивые традиции своих предшественников, занимаются спортом, отвергая наркотики, всевозможные извращения и пороки, выступая за здоровую мораль и нравственность.

Картинки по запросу Freie Deutsche Burschenschaft

Автору этих строк довелось быть в гостях у старейшего из студенческих братств-бурсачеств, входящих в «Дойче Буршеншафт», и дать интервью официальному печатному органу этого объединения (в которое входят не только студенты, обучающиеся в университетах, но и выпускники, давно окончившие их — так называемые «старые господа») — журналу «Буршеншафтлихе Блеттер» (регулярно выходящему вот уже 129 лет), весьма обеспокоенному ухудшением отношений между странами ЕС (в частности — Германией) и Россией и совершенно искренне заинтересованному в сохранении дружеских, добрососедских и взаимовыгодных отношений между нашими странами и народами во всех областях.

Приводим ниже текст интервью в переводе с немецкого на русский язык:

«ЭТО НЕ ПОШЛО БЫ НА ПОЛЬЗУ НИ РОССИИ, НИ ГЕРМАНИИ»

В интервью историк Вольфганг Акунов затрагивает положительные стороны российско-германских отношений и советует проявлять больше взаимопонимания

ББ: Глубокоуважаемый господин Акунов, сейчас, в связи со столетним юбилеем начала Первой мировой войны, средства массовой информации Германии сообщают главным образом о сражениях на Западном фронте. Многим молодым людям слово «Верден» говорит больше, чем «Танненберг». Может быть, сегодня немцам не хватает исторического интереса к событиям на Восточном фронте той войны?

Aкунов: Я не хотел бы впадать в чрезмерные обобщения, но в Ваших словах есть доля истины. Русскую армию в годы Первой мировой войны уже тогда несколько пренебрежительно именовали «русским паровым катком». Между тем, без русского наступления в августе 1914 года в Восточной Пруссии не случилось бы «чудо на Марне». Две русские армии генералов Самсонова и Ренненкампфа пожертвовали собой ради спасения Парижа. Немцы были вынуждены снять с Западного фронта несколько полноценных дивизий, чтобы успешно противостоять русским в Восточной Пруссии. Русская армия настолько ослабила австро-венгерские вооруженные силы, что те с конца 1914 года. в особенности же, после Брусиловского прорыва 1916 года, были не в состоянии противостоять русским на Восточном фронте без помощи германских войск. Германии приходилось постоянно поддерживать колеблющийся австро-венгерский фронт все новыми частями, перебрасываемыми с Западного фронта, что заметно ослабляло германский нажим на французов и британцев, в том числе и под Верденом.

ББ: За прошедшие столетия российско-германские отношения были весьма переменчивы. Их спектр колебался между дружеским сотрудничеством и войной на уничтожение. Не потерпит ли долгосрочное мирное сотрудничество между нашими странами новое фиаско вследствие внешнеполитических противоречий, связанных на этот раз с Украиной?

Aкунов: Мне бы не хотелось в это верить.

ББ: Значит, Вы не считаете, что актуальная внешнеполитическая ситуация таит в себе угрозу для российско-германских отношений?

Акунов: В настоящий момент я, несмотря на всю риторику, не вижу серьезной угрозы. Было бы очень печально, если бы, к моему величайшему сожалению, она действительно возникла. Это не пошло бы на пользу ни России, ни Германии.

ББ: В настоящее время из «русского», кажется, снова лепят «образ врага». Не могли бы Вы привести нашим читателям положительные примеры нашего сотрудничества с Россией в прошлом?

Aкунов: Охотно. Если бы русские в ходе Наполеоновских войн не оказали активной поддержки Австрии и Пруссии, к которым лишь впоследствии присоединились и другие германские государства, те сами никогда бы не смогли одержать верх над Наполеоном. Достаточно указать на русско-австрийское братство по оружию под Аустерлицем  в 1805 и на русско-прусское братство по оружию под Прейссиш-Эйлау и под Фридландом в 1807 году. В освободительной войне 1813 года — причем особенно в Битве народов под Лейпцигом 1813 года, на полях сражений во Франции, вплоть до взятия Парижа в 1814 году, русские и немцы сражались вместе против общего врага. Именно русский Царь Александр I при заключении в 1807 году Тильзитского мира, добился от Наполеона I сохранения Прусского государства. При нашествии Наполеона на Россию в 1812 году немало германских военных — например, Карл фон Клаузевиц — и государственных деятелей — например, барон фон Штейн — служило русскому Царю. Вспомните Таурогген 1813 года! Русско-прусскую Силезскую армию под командованием генерал-фельдмаршала Блюхера. Спасение Австрийской монархии от Венгерской революции, которую удалось подавить лишь благодаря помощи русских войск. Да и победа немцев над Наполеоном III в ходе Франко-прусской войны 1871 года была бы немыслимой без русской поддержки. Следует вспомнить и об антибольшевицкой русско-немецкой Западной Добровольческой Армии князя Авалова-Бермондта, действовавшей в Прибалтике в 1919 году, которая, хотя и пала жертвой интриг Антанты, стала блестящим примером русско-немецкого братства по оружию — и это почти сразу после Первой мировой войны!

Можно было бы привести немало иных примеров этого рода, но мне кажется, приведенных вполне достаточно.

ББ: В настоящее время Президент Путин последовательно защищает интересы России. Исходит ли от этого угроза для Германии и Европы? И какие интересы Германии следовало бы представлять на Украине?

Акунов: Всякий ответственный глава государства или правительства, вообще-то призван последовательно защищать интересы своего собственного, а не какого-то иного государства, не так ли? Само по себе это, по-моему, не представляет угрозы для соседних государств. Германии же следовало бы, естественно, представлять на Украине свои собственные, то есть германские интересы.

ББ: Прибалтийские государства и НАТО с обеспокоенностью следят за процессами, происходящими на Украине. Не реагирует ли Россия на них столь же обеспокоенно? В конце концов, НАТО расширяется на Восток…

Aкунов: Вы сами это говорите. Я глубоко убежден в том, что многострадальная Россия, вопреки всем тяжким историческим испытаниям, выпавшим на ее долю, остается и останется европейской страной, на которую наложили свой неизгладимый отпечаток западная культура и христианская религия. Европа должна сделать все, что только может, чтобы не оттолкнуть Россию от себя непродуманными шагами, чтобы не вынудить ее искать иные, чуждые ей и Европе, ориентиры в Азии, на Востоке. Мне было бы очень жаль, если бы дошло до этого, поскольку я считаю всякое «евразийство» совершенно искусственной конструкцией, абсолютно чуждой русской сущности, остающейся, вопреки всем наслоениям, насквозь европейской, христианской, западной. Я — за Европу от Дублина до Владивостока.

ББ: Похоже, вновь грядет «холодная война». Вы были переводчиком на процессе Матиаса Руста. В 1987 году этот (западный) немец посадил свой самолет поблизости от Красной площади в Москве. Вообще-то его поступок был чистым безумием для эпохи «холодной войны». Но не бывают ли подобные безумные поступки иногда нужны для демонстрации необходимости поговорить друг с другом?

Aкунов: Побольше бы таких посланцев мира и примирения. Старинная русская пословица гласит: «Худой мир лучше доброй ссоры!»

ББ: Вы уже выступали у нас с докладом по приглашению одного из студенческих братств. Как Вам там понравилось? Не следует ли нашим буршеншафтам больше интересоваться Россией и активнее общаться с русскими?

Aкунов: Это были одни из лучших дней моей жизни. Говорю это совершенно искренне. Я чувствовал себя, как дома, как брат среди братьев, причем даже разница в возрасте не давала себя знать. Разумеется, Вашему уважаемому буршеншафту следовало бы больше интересоваться Россией и активнее общаться с русскими. Со своей стороны, Ваш скромный друг готов оказать Вам всяческую помощь и поддержку в этом благородном деле. Вот вам моя рука!

ББ: Глубокоуважаемый господин Акунов, большое Вам спасибо за беседу!

Aкунов: Не за что! Пока мы будем говорить не только друг о друге, но и друг с другом, мы всегда поймем друг друга.

(Опубликовано в журнале: «БУРШЕНШАФТЛИХЕ БЛЕТТЕР» 1+2/2014, 129-й год выпуска).

Cм. ткж.: http://www.burschenschaft.de/uploads/tx_dlwowbook/BBl_1-2_2014v1.21_01.pdf


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.