МАССОВЫЙ ТЕРРОР БОЛЬШЕВИКОВ ПРОТИВ РАБОЧИХ И КРЕСТЬЯН. Жертвами репрессий в большинстве случаев были простые русские люди.

В 1917 г. в октябре при помощи кайзеровской Германии большевики самозвано от имени рабочих и крестьян, провозглашают в Петрограде т.н. «Рабоче-крестьянское правительство», которое уже в январе 1918 г. расстреливает на улицах Петрограда 60-тысячную демонстрацию мирных граждан в поддержку Учредительного Собрания России. Спустя некоторое время, тайно, под покровом ночи, спрятавшись за штыки и пулемёты наёмных латышских стрелков, которые за деньги продались большевикам, это «правительство» бежит в Москву, где и остаётся, совершая в стране невиданный в истории человечества террор и геноцид русского народа…

Ленин с большевиками пообещали крестьянам землю, а рабочим — заводы, фабрики и шахты. Но обманули и тех, и других. За своё правление «Рабоче-крестьянское правительство» утопило в крови более тысячи крупных крестьянских восстаний и уничтожило миллионы крестьян. Это же правительство расстреливало рабочих Екатеринослава, Астрахани, Тулы, Уфы, Омска, Ижевска, Сарапула, Воткинска, Новочеркасска, Александрова, Мурома и других городов России. Миф о том, что рабочие и крестьяне были опорой большевистской оккупации России, выглядит довольно смехотворным.

Точное количество жертв красного террора установить невозможно. Чекисты, постоянно сидели на чемоданах, готовые бежать, и оставлять лишних улик, конечно, не собирались. В документах сохранились крупицы информации о жертвах чудовищного террора. Кроме того, большевистский режим, специально делая заготовки для истории, умышленно и издевательски давал фальсифицированные данные, указывая заниженные в десятки раз цифры террора. Когда на глазах десятков очевидцев, среди улиц городов, залитых кровью и заваленных телами сотен убитых, запытанных и замученных людей, большевики объявляли, что жертв не было или замучено лишь несколько человек. Палач ВЧК М.Лацис, за 1918-1919 г., объявил число жертв массовых большевистских убийств  по постановлениям ЧК, в общей сложности в … 9641 человек (!!!). Конечно, в данном случае видимо был поименный список замученных людей, а тех кого без всякого разбора пытали, убивали и мучали можно было списать на жертв общей неразберихи. Извращенный замысел преступников прочитывается легко. Именно на это и упирают сегодняшние сторонники большевистской оккупации России.

Но данными Особой комиссии по расследованию большевистских преступлений, число погибших в России в результате прямого террора и убийств, было установлено в 1,7 — 1,8 млн. человек. Разумеется, приведенная цифра является весьма приблизительной. Но даже в этом случае она в достаточной мере отражает масштабы трагедии. По самым скромным подсчетам, с 1918 по 1922 г. страна потеряла миллионы людей. Миллионы людей были расстреляны, умерли в лагерях от непосильной работы, голода, холода и болезней, погибли на фронтах междуусобной войны…

Палач Саенко С.А,, комендант концлагеря в Харькове

Жертвами большевистских репрессий в большинстве случаев были не имущие классы, а как раз простые русские люди. Так, в марте 1919 г. забастовали рабочие Астрахани. В городе собрался многотысячный митинг, участники которого обсуждали свое тяжелейшее материальное положение. По личному распоряжению председателя Временного военно-революционного комитета Астраханской губернии, С.М. Кирова, митинг был оцеплен войсками. По людям открыли огонь из винтовок и пулеметов, площадь забросали ручными гранатами. Почти все оставшиеся в живых участники митинга были арестованы и вскоре расстреляны. Трупы казненных едва успевали свозить на кладбище, где они грудами сваливались прямо на землю.

С не менее зверской жестокостью были разогнаны забастовки в Петрограде, Туле и Брянске. Массовыми репрессиями по отношению к мирному населению сопровождалось установление большевистской оккупации на юге России. Искоренение «врагов революции» здесь сразу обрело гипертрофированные, жуткие формы. В Харькове перед приходом Белой Армии ежедневно расстреливалось 40-50 человек. В распоряжении ЧК имелась специальная китайская рота, солдаты которой пытали арестованных при допросах и приводили в исполнение смертные приговоры. Особыми зверствами прославился комендант харьковского концентрационного лагеря, маньяк и убийца Саенко, обожавший пытать арестованных во время допроса, на несколько сантиметров вонзая в них шашку и медленно поворачивая клинок внутри раны.

Не отставали от Саенко и другие чекисты. К примеру, следователь Мирошниченко направлял на допрашиваемого револьвер и предлагал тому признать свою вину, угрожая в противном случае пустить оружие в ход. Аналогичным образом действовал другой чекистский следователь, 18-летний Иесель Майкин. Приставив вороненый ствол браунинга к голове своей жертвы, «пламенный борец с буржуазией» говорил: «от правильного ответа зависит ваша жизнь».

После занятия Харькова частями Добровольческой армии следователи комиссии по расследованию злодеяний и беззаконий большевиков обнаружили сотни обезображенных трупов – тела с многочисленными переломами ребер, перебитыми голенями, отрубленными конечностями и размозженными черепами. В подвалах находили распятых на полу людей и привинченных к полу винтами. У многих женщин была содрана кожа на руках и ногах… Судебно-медицинской экспертизой будет впоследствии установлено, что значительное количество этих увечий казненные получили при жизни.

Наряду с Харьковом, наибольшего размаха террор достиг в Киеве. В городе работало шестнадцать «чрезвычаек», действовавших независимо друг от друга, так что человек, чудом вырвавшийся из одной, мог сразу попасть в другую. Среди палачей киевской ЧК видную роль играл соратник Дзержинского, член коллегии ВЧК, Мартын Янович Лацис, командированный на Украину в апреле 1919 г., для «помощи местным органам в организации чекистского аппарата».

Вот так, согласно данным комиссии генерала Рерберга, производившей расследование в Киеве сразу же после прихода Добровольческой армии, выглядело одно из мест экзекуций, принадлежавшее губернской ЧК: «Весь цементный пол большого гаража был залит уже не бежавшей вследствие жары, а стоявшей на несколько дюймов кровью, смешанной в ужасающую массу с мозгом, черепными костями, клочьями волос и другими человеческими остатками. Все стены были забрызганы кровью, на них рядом с тысячами дыр от пуль налипли частицы мозга и куски головной кожи. Из середины гаража в соседнее помещение, где был подземный сток, вел желоб в четверть метра ширины и глубины и приблизительно в десять метров длины. Этот желоб был на всем протяжении доверху наполнен кровью…»

Публичная казнь, устроенная чекистами в целях устрашения.

Всего в Киеве следователи комиссии обнаружили 4800 трупов казненных. Но приведенную цифру отнюдь нельзя назвать полной, поскольку в некоторых захоронениях тела не представлялось возможным сосчитать из-за сильного разложения, а по данным населения, количество исчезнувших в «чрезвычайках» горожан составило свыше 12 тыс. человек.

Размахом террора «прославилась» и одесская ЧК. В течение четырех месяцев – с апреля по август 1919 г. – в городе было расстреляно более 2 тыс. человек. Помимо расстрелов, практиковались и более изощренные способы казней. Известны, в частности, случаи, когда обреченных связывали цепями и медленно погружали в корабельные печи.

Среди одесских чекистов наибольшей жестокостью «отличилась» молодая женщина Вера Гребеннюкова по прозвищу «товарищ Дора». О ее злодеяниях ходили легенды. Она в буквальном смысле слова терзала свои жертвы: вырывала волосы, отрубала конечности, отрезала уши, выворачивала скулы. В течение двух с половиной месяцев ей было убито несколько сотен человек.

Дора Евлинская, моложе 20 лет, женщина-палач, казнившая в одесской ЧК

Укоренившись на костях миллионов казненных и замученных граждан, большевистский режим продолжал орошать покоренную землю все новыми и новыми потоками крови. Антирусский по своей сути, большевистский режим был открыто враждебен национальным, религиозным и культурным традициям, складывающемуся веками общественному укладу и образу жизни. Вся территория Российской империи стала ареной грандиозных экспериментов, в ходе которых обрекались на вымирание представители различных народов и выходцы из разных социальных слоев.  При этом наиболее пагубным образом десятилетия большевистского владычества, прежде всего, сказались на русском народе, которому был нанесен наиболее страшный урон.

В ходе кампании террора, войны и организованного голода прицельно старались уничтожать именно лучшую часть нации, ее золотой генофонд. В отношении народа осуществлялось последовательное вытравливание национального чувства с заменой его лживыми пропагандистскими мифами, многие из которых живы и по сей день. Прилавки книжных магазинов завалены творениями большевистских апологетов; улицы городов по-прежнему носят имена палачей и убийц; из уст российских государственных деятелей еще слышны заявления о неприемлемости «переписывания» истории и осуждения преступлений режима. Между тем, законодательное признание преступной сущности большевизма является не данью изменчивым веяньям времени, а важной необходимостью.

Палач — Н.М. Демышев. Председатель исполкома Евпатории, один из организаторов красной «Варфоломеевской ночи». Повешен Белогвардейцами после освобождения Евпатории

Такое мракобесие творилось почти во всех городах, где было ЧК. В Одессе широко была известна палач Вера Гребеннюкова (Дора Евлинская). О ее злодеяниях ходили легенды. Она вырывала волосы, отрубала конечности, отрезала уши, выворачивала скулы и так далее. В течение двух с половиной месяцев её службы в ЧК ею одной было расстреляно несколько сотен человек. В Вологде свирепствовала Ревекка Пластинина (Майзель), она собственноручно расстреляла более 100 человек. Эта бывшая жена Кедрова затем свирепствовала в Архангельской губернии. Газета «Голос России» в 1922 году сообщала, что Майзель-Кедрова расстреляла собственноручно 87 офицеров, 33 обывателей, потопила баржу с 500 беженцами и солдатами армии Миллера. В Одессе главным палачом была женщина-латышка со звероподобным лицом. Как правило, все эти недоношенные эмбрионы употребляли кокаин. Это облегчало им делать своё дело. А главный московский палач Мага хвастался, что расстрелял на своем веку 11 000 человек.

Так что же на самом деле произошло? Великая социалистическая революция? Великая? Нет, подлая. Социалистическая? Нет, преступная. Революция? Где же её нашли, эту революцию? Ведь 24-25 октября (6-7 ноября) 1917 года в Петрограде никакого восстания не было. Только 26 октября (8 ноября) утром жители города узнали, что Временное правительство арестовано, а власть перешла к Совету «народных» комиссаров, назначенных II съездом Советов.

Исаак Бронштейн. Палач. Участник «Варфоломеевской ночи» в Евпатории и расстрелов на «Румынии». Повешен Белогвардейцами после освобождения Евпатории

Вот что вспоминает академик А. Дородницын о тех временах:»…как это не странно, но ни разу не было, чтобы комиссаром тех красноармейцев был русский. Откуда я знаю о национальной принадлежности комиссаров? Мой отец был врач. Поэтому командование всех проходивших воинских соединений всегда останавливалось у нас. Наше село находилось недалеко от Киева, и до нас доходили слухи о том, что творила Киевская ЧК…

Даже детей в селе пугали именем местного чекиста Блувштейна. Когда Киев и наше село заняли белогвардейцы, отец отправился в Киев раздобыть лекарств для больницы. Завалы трупов — жертв ЧК — еще не были разобраны, и отец их видел своими глазами. Трупы с вырванными ногтями, с содранной кожей на месте погон и лампасов, трупы, раздавленные под прессом. Но самая жуткая картина, которую он видел, это были 15 трупов с черепами, пробитыми каким-то тупым орудием, пустые внутри. Служители рассказали ему, в чем состояла пытка. Одному пробивали голову, а следующего заставляли съесть мозг. Потом пробивали голову этому следующему, и съесть его мозг заставляли очередного…». Да, средневековая инквизиция по сравнению с чекистами — это просто благородный институт спасения заблудших душ.

Пытки и истязания, которые применяли чекисты, латышские и китайские стрелки против русского народа, неисчислимы. Таких дегенератов и выродков не могли родить нормальные женщины. Люди ли вообще эти шизоидные отбросы и монстроподобные изуверы?

Нарастание жестокости достигло таких громадных размеров и вместе с тем сделалось столь обыденным явлением, что все это можно объяснить только психической заразой, которая сверху донизу охватила все слои населения. Перед нашими глазами по лицу Восточной Европы проходит волна напряженной жестокости и зверского садизма, которые по числу жертв далеко оставляют за собой и средневековье, и французскую революцию. Россия положительно вернулась к временам средних веков, воскрешая из пепла до мельчайших подробностей все их особенности, как бы нарочито для того, чтобы дать историкам средних веков, живя в XX столетии, одновременно переживать и исследовать самодурство и мрак средних веков.

Очень интересный факт. В своих «Записках» сын литературного приятеля Горького — Н. Г. Михайловского — поминает о разговоре с молодой чекисткою: «…эта девятнадцатилетняя еврейка, которая всё устроила, с откровенностью объяснила, почему все чрезвычайки находятся в руках евреев. «Эти русские — мягкотелые славяне и постоянно говорят о прекращении террора и чрезвычаек», — говорила она мне: «Если только их допустить в чрезвычайки на видные посты, то всё рухнет, начнётся мягкотелость, славянское разгильдяйство и от террора ничего не останется. Мы, евреи, не дадим пощады и знаем: как только прекратится террор, от коммунизма и коммунистов никакого следа не останется. Вот почему мы допускаем русских на какие угодно места, только не в чрезвычайку…» При всём моральном отвращении … я не мог с ней не согласиться, что не только русские девушки, но и русские мужчины — военные не смогли бы сравниться с нею в её кровавом ремесле. Еврейская, вернее, общесемитская ассировавилонская жестокость была стержнем советского террора…» Г. Н. Михайловский. «Записки. Из истории российского внешнеполитического ведомства, 1914 — 1920»

Ответом на убийства, насилия и преступления большевиков в отношении рабочих  стало Ижевско-Воткинское восстание 1918 года , когда против большевистской оккупации восстали рабочие оружейных заводов Ижевска и Воткинска в августе—ноябре 1918 года. Восстание сумело продержаться свыше трех месяцев. Являя собой пример хорошо отлаженного военного механизма. Именно ему удалось реально осуществить самую сложную задачу, стоявшую в этот период перед любой властью и заключавшуюся в создании боеспособной, дисциплинированной, и в то же время добровольческой армии. История боевого пути Ижевской и Воткинской Народных армий – лучшее свидетельство тому.

Отряд ижевских рабочих ведет бой с латышскими стрелками.

Потомственные рабочие Ижевского и Воткинского оружейных заводов выступили против большевистской оккупации. Были созданы Ижевская и Воткинская Народные армии. У этих рабочих была достойная заработная плата, частные дома, школы для детей рабочих, организованный отдых, пенсии. Им было непонятно, от чего их собираются «освобождать» большевики.

Ижевско-Воткинский феномен 1918 г. решительно противоречил официально принятой схеме однозначных определений как Гражданской войны в целом, так и контрреволюции в частности. Между тем, внимательное прочтение ставших теперь доступными источников позволяет приблизиться к пониманию действительного положения вещей. Уникальность событий заключается в том что против большевиистской оккупации выступили не крестьяне, а рабочие.

Самые крупные волнения рабочих тогда произошли на ижевских военных заводах. Рабочие выступили против расстрелов, чинимых повсюду большевиками, против широкой распродажи спиртных напитков большевистскими оккупантами. Ижевские рабочие передали Воткинском рабочим 50 тыс. винтовок:; 60 тыс. — восставшим уральским крестьянам. Патронов, правда, у ижевских рабочих не хватало, и они их добывали в боях у красных.

Когда началось восстание ижевских рабочих, красноармейцам зачитали приказ Троцкого о том, что в Ижевске восстали буржуи и дворяне. Но когда они приблизились к городу, там вдруг взревели заводские гудки. Навстречу красным из города шли цепи людей в рабочих спецовках с винтовками наперевес.

Среди рабочих многие побывали на фронтах 1-ой Мировой войны, немало среди них было и георгиевских кавалеров, получивших свои кресты и медали за храбрость в боях. Именно они шли в первых рядах контратакующих рабочих, надев на свои спецовки все свои боевые награды. Цепь за цепью, без единого выстрела (не было патронов), со сжатыми зубами и глазами, полными ненависти и гнева, прямо от станков, плечом к плечу шли в свою психическую контратаку рабочие Ижевска. А позади передовых цепей рабочих шли несколько десятков гармонистов, которые играли знаменитый тамбовский марш «Прощание славянки». Всё это привело в смятение красных, они дрогнули и побежали, преследуемые рабочими, а многие из них стали переходить на сторону ижевцев. В полном своём составе перешёл и Петроградский рабочий полк, которым так гордились большевики.

Полк рабочих Ижевской Народной армии

В этих летних боях рабочие разбили две армии красных, отбив у них много боеприпасов и патронов. Небезызвестный на Тамбовщине палач Антонов-Овсеенко тогда еле унёс свои ноги от рабочих. А будущий красный «маршал» Блюхер два дня прятался в лесу. События принимали очень серьёзный оборот. Троцкий был вынужден бросить против рабочих отборные части латышских и китайских стрелков, части наёмников из бывших военнопленных мадьяр, австрийцев, немцев и турок, а также чекистские соединения из Москвы, Рязани, Смоленска, Тамбова, Саратова и Н.Новгорода, несколько бронепоездов и матросов Ф.Раскольникова с Волжской военной флотилии.

Впоследствии участник этих событий писал в одной из харбинских газет: «Большевистские латыши и китайцы приближались к городу. Тогда там рабочие останавливали свои станки, брали тут же рядом стоящие винтовки и шли в бой. Разбив латышей и китайцев, они опять становились к станкам и продолжали работать».

Красные, удивлённые стойкостью рабочих бросили против них ещё целых три армии. С каждым днём блокада Ижевска сужалась и становилась всё более невыносима. Тогда рабочие, взяв своих детей, жён, домочадцев и окружив их плотным кольцом, пошли опять в психическую атаку на врага. В этой отчаянной атаке они прорвали кольцо красных, навеки уложив в русскую землю тысячи «военных специалистов» из бывших военнопленных, которые так и не вернулись из русского плена.

Ижевско-Воткинское восстание было жестоко подавлено большевистскими бандами. Из оставшихся в Ижевске было расстреляно 7000 человек: рабочие — участники сопротивления и их семьи. Все расстрелянные известны поимённо, поскольку после каждого расстрела большевиками в газетах публиковались списки казнённых. Останки расстрелянных были найдены в 2008 году в Ижевске общественной организацией увековечивания памяти Ижевско-Воткинского восстания под руководством Василия Крюкова и учёными из Физико-технического института Уральского отделения РАН. Массовое захоронение было обнаружено в Ижевске на улице Милиционной. В первые годы большевистской оккупации она называлась улицей красного террора…

Редактор и составитель
И.С.Семенов

 


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

preloader